Закрыть
Все сервисы
Главная
Лента заметок
Теги
Группы
Рейтинги

Фауст - 2050 (продолжение)

20 января´11 0:47 Просмотров: 1043 Комментариев: 4

Всем им мы как кость в горле, так как для нас нет инойнациональности, кроме ″человек″ и иного государства, кроме ″человечество″. Нопри этом мы не собираемся доказывать кому-либо его заблуждения. Режьте другдруга словами и ножами сколько угодно, нам все равно. Мы хотим к звездам! Господазащитники природы! Ваши претензии к нам звучат громче всех. Вы так красочнорасписываете вред от применения твердотопливных ускорителей, которые, кстати,мы не применяем.  Твердотопливныеускорители – это прошлое, двадцатый век. Впрочем, я не хочу сказать, что наши двигатели абсолютно безвредны дляприроды. Любая техника вредна, иначе и быть не может. Человек уже давно вышелиз экологической ниши, отведенной ему природой. И назад ему возврата нет,потому что в этой нише человек – корм для хищников и пожирательличинок-древоточцев. Взяв в руки палку, человек вывел себя из трофических цепейи поэтому смешно пытаться вписать современную цивилизацию в естественнуюэкологическую систему планеты. Впрочем, я отвлекся.  Господа, один запуск космического аппарата причиняетэкологии в миллионы раз больше вреда, чем один автомобиль. Но автомобилей в десятки миллиардов раз больше, чемкосмических кораблей. Это не мешает вам, господа защитники природы,использовать автотранспорт. Пересядьте на велосипеды, тогда я поверю, что васдействительно беспокоит состояние природы этой планеты. Та цивилизацияпотребления, что сложилась в мире за последние столетия, с огромной скоростьюперемалывает невосполнимые ресурсы планеты, производя, в основном, мусор, новам нет до этого дела. А нам нет дела до вас. Мы хотим к звездам! Господафутурологи, вы, в свое время, проморгали информационную революцию, не смоглипонять какие изменения в нашу жизнь могут внести ее технологии. Теперь вы молитесьна эти технологии и не замечаете, что это – тупик, без физического расширенияареала обитания человечества, нет реального развития, есть лишь его виртуальнаясимуляция. Сейчас вы кричите, что мы возвращаемся в прошлое, пытаемсяреанимировать устаревшую  идеюкосмического человечества. Нам плевать на ваши крики. Мы хотим к звездам! Господаполитики, вы совершенно правы, у нас нет демократии. У нас нет времени назанятия представительской демократией. Ни в ее идеальном виде, когда народвыбирает представителей, выражающих его мысли и чаяния и осуществляющих все, очем мечтает простой избиратель. Ни в ее реальном виде, когда эти представителимошенничеством, обманом и подкупом приобретают голоса избирателей, а затемстановятся верными слугами небольшой кучки настоящих правителей страны, техкоторые действительно принимают решения. Нам не нужна вся эта крысиная возня.Мы хотим к звездам! Господа настоящие правители. Олигархи и скрытые диктаторы. Яобращаюсь к вам в прямом эфире, так как ваше существование – секрет Полишинеля.Все догадываются о вашем существовании и всех это устраивает. Мы не собираемсяпосягать на вашу власть. Наоборот, нам есть, что предложить вам. Вы превратилибольшинство людей в зависящих от вас потребителей, но их содержание обходиться  все дороже, а ресурсы Земли уменьшаются.Космос – бесконечный источник этих ресурсов и мы проложим дорогу к ним! Дорогу,которой смогут пользоваться все! Взамен мы просим только одного – не мешайте!Мы хотим к звездам! И мы достигнем звезд! Не подумайте,что я вам угрожаю, но Виктор Гюго писал, что все армии в мире не смогутуничтожить идею, время которой пришло. Мы идем к звездам, и вы нас неостановите. Разве что слегка задержите. Мы хотим к звездам! Благодарю завнимание. – Кранов прошел сквозь притихший зал и вышел в коридор. Кто-то изребят подал ему телефон. Трубка заорала голосом Тришкина:

- Твою мать! Совсем еб%нулся! Ты всех обо%рал, кого толькосмог! Нас в пыль раз%%%ашат!

- Завтра… Я очень устал, больше чем от полета на Луну.А мне еще отвечать на их вопросы. – тихо сказал Кранов и передал вопящийтелефон своим соратникам. Главный координатор почему-то был уверен, что все сделалправильно, но причину этой уверенности он не понимал.  

Как ни странно, речь оказала действие полностьюпротивоположное, тому которое ожидал от нее Тришкин. Наутро Кранов проснулсявсемирным героем. С «Альматеи» были сняты все обвинения в большинстве стран, ана улицах вновь появились толпы людей со значками «Звездного выбора». И вообщемир изменился. Люди вдруг осознали, что являются частью иного, космическогочеловечества. Затихли несколько локальных войн на Ближнем Востоке и в Африке,  стороны объявили перемирие и сели за столпереговоров. Снизился уровень преступности, количество преступлений за деньоказалось почти в два раза меньше среднестатистического. Но кроме положительныхэффектов были и отрицательные. Массовый выход из своих организаций членовнационал-патриотических и праворадикальных партий. Пострадала торговля – людистремились доказать самим себе, что не относятся к числу тупых потребителей окоторых говорил Кранов. Многие вещи домашнего обихода, которые давно собиралисьвыбросить только потому, что они морально устарели, так и не были выброшены.Объемы розничной торговли бытовой техникой, мебелью и одеждой в некоторыхстранах снизились более чем на тридцать процентов. Еще, непонятно почему,пострадал шоу-бизнес. Похоже, люди решили, что человеку космическому непристалослушать попсу. Те поп-звезды, билеты на концерты которых уже были распроданы,отделались моральными травмами при виде почти пустых залов, остальные понеслисерьезные убытки. Ночные клубы, дискотеки и другие места массового увеселениятакже перестали пользоваться популярностью. К счастью для мировой экономикиэффект речи длился не долго. Уже через неделю в Африке и Азии вновь гремеливзрывы, торговля и преступность вернулись в среднестатистические рамки, а местостарых поп-звезд заняли новые (в России прогремела Ляля Бубу со своим хитом ″Я– твоя черная дырка″).   Долговременнымоказался только эффект в идеологической сфере. Откровенно неофашистскиеорганизации перестали являться политической силой и вновь превратились в мелкиебанды. Менее одиозные национал-патриотические партии сохранились, но болеегибкие политики из них вышли и создали свои партии с интернациональной иликосмополитической идеологией. Впрочем, Кранову и Тришкину было не до мышинойвозни политиков, шоуменов и обывателей. Им вдруг открылись такие возможности, окоторых они и не мечтали. Комиссия ООН по расследованию деятельности «Альматеи»была преобразована в постоянный комитет содействия «Альматее». Американское NASA предложило совместный проект по созданию орбитального лифта,на который им уже давно не хватало средств. Проект выглядел очень заманчиво, нотребовал пересмотра той стратегии освоения космоса, что уже была разработана«Альматеей». Кранов с головой ушел в эту работу. Тришкин тем временемзахлебывался в потоке инвестиций, обрушившемся на «Альматею» со всех сторон.Космическое человечество из области фантастики перешло в реальность и космосначал обещать прибыли. Через несколько лет ни Тришкин, ни Кранов уже не моглинавскидку сказать сколько тысяч человек находиться на Луне. Помимо первой базы,превратившейся в  город Селена-сити, на естественномспутнике возникло еще два поселения: Клавиус-сити и Армстронгтаун. Последнийявлялся промышленно-научной базой по подготовке полета к Марсу. ВАрмстронгтауне, в отличие от прочих двух городов, жили, в основном, члены«Альматеи», Кранов тоже хотел бы жить там. Там было будущее, а еще там былаНаталья. Они месяцами виделись только через экран космической связи. Но Крановбыл необходим своему делу на Земле, а его жена была выдающимся специалистам по искусственным замкнутымэкосистемам, без которого невозможно создать марсианский корабль. Детей у нихне было: ″После Марса″, - решили они. Это был дополнительный стимул, что быфорсировать марсианскую программу. Когда умер Тришкин, Кранову пришлосьвзвалить на себя часть его обязанностей. Гениального финансиста он, конечно,заменить не мог, но финансовая система «Альматеи» уже была отлажена и нуждаласьне в гении, а в хорошем управляющем. Кранову удалось найти такого человекасреди третьего поколения альматейцев. Заодно удалось найти несколько толковыхмолодых ребят, на которых можно было переложить некоторые свои обязанности,кроме главной – быть Верховным Координатором, как теперь называлась егодолжность. Тришкина похоронили на Луне, неподалеку от Армстронгтауна, так онсам хотел. Тогда, над его могилой, пытаясь сквозь толстые перчатки скафандровощутить руку жены, Кранов впервые понял, что уже далеко не молод. Захотелосьвсе бросить, забрать Наталью и уехать жить на Землю, в одну изсельскохозяйственных колоний, большинство пенсионеров  «Альматеи» предпочитали делать именно так.Кранов был уверен, что если поискать, то можно найти специалиста, которыйзаменит его жену. И уж тем более можно найти другого человека на рольсвадебного генерала – Верховного Координатора. А они будут жить тихо исчастливо, растить детей и выращивать пшеницу или бананы, в зависимости от тогокакую именно колонию выберет Наталья. Но слабость прошла, и Кранову расхотелосьпредавать свою мечту. Наталия его бы не поняла, она активно готовилась к полетуи ее глаза горели, когда она рассказывала о замкнутом биологическом циклеогромного корабля. Самого Кранова не пускала на Марс медкомиссия, да и не могон все бросить и улететь. Единственным последствием той минуты слабости надмогилой друга и соратника, было то, что по прилету на Землю, Кранов сдал спермудля хранения в генетическом банке. Он был не уверен, что физические возможностипозволят ему зачать ребенка через несколько лет, по возвращении жены из первоймарсианской.  Насчет Наталии он небеспокоился – она была моложе его почти втрое. Время показало, что он боялся нетого, чего следовало бояться. Сердце ныло от предчувствия разлуки, когда онпроизносил официальную речь перед стартом межпланетника "Гагарин" вАрмстронгтауне.

А потом было известие о смерти Наталии. Ученые, ужедавно и окончательно вынесшие приговор о безжизненности Марса, ошиблись. Жизньна красной планете существовала. Странная, на совсем неземной химическойоснове, но имеющая, встречающийся и у некоторых земных существ, инстинктсчитать все движущие объекты добычей.  БиологНаталья Кранова погибла от внеземных хищников одной из первых.

Кранов потерял силы жить. Он сложил все свои полномочияи поселился на Луне, в Селена-сити. Этот город был передан «Альматеей» подюрисдикцию ООН. Огромные полости, выплавленные в лунном грунте, прорастали наповерхность только куполами оранжерей и строениями космопорта. Полости уже былиполностью застроены – разделены на уровни и сектора конструкциями изжелезобетона на основе местных материалов. Это позволяло выключать изискусственной экосистемы города пустые помещения. Время от времени количествожителей возрастало и торжественно, с празднованием, открывали один иззаконсервированных секторов. Население Селена-сити составляло порядкапятидесяти тысяч человек. В основном это были транзитники. Контрактники, несобирающиеся задерживаться на Луне больше двух-трех лет, командированные, прилетевшиепо заданию своих фирм и, конечно, туристы, купившие Лунные турыпродолжительностью от двух дней до трех месяцев. Кранов знал, что львиная долярасходов на содержание орбитального лифта окупается именно благодарятуристическому бизнесу. Но все же превращение лунного города в место увеселениянастолько противоречило мечтам Кранова о будущем освоении Луны, что ониспытывал физическую боль при виде стоящих в коридорах горластых проституток,мерцающей на стенах рекламы баров и борделей, вечно пьяных или уколотыхтуристов. Еще Кранова огорошил тот факт, что его почитали, как человека, первымоткрывшего удовольствие лунного секса. Сам Кранов особого удовольствия,отличного от аналогичных удовольствий на Земле, не ощутил. Наоборот, пониженнаясила тяжести создавала ряд раздражающих затруднений. Но туристы считали иначе.Первые туристы прилетали со своими партнерами потрахаться на Луну. Затемразвитие структур Селена-сити позволило городу содержать все больше людей незанятых непосредственно поддержанием жизнеспособности базы. И вскоре большуючасть постоянного населения составили люди, занятые обслуживанием туристов.Девяносто процентов из них были проститутками всех полов (от классическихмужского и женского до существ, чей первоначальный пол можно определить толькоанализом ДНК). Кранов ежедневно обедал в одном из баров и видел во всей красепрограмму покрытия космических расходов за счет туризма. Эти люди веселились,сношались (иногда прямо в общественных местах), ели, пили, напивались иблевали. Почему-то считалось круто: дома, по возвращении из относительнонедорогого трехдневного тура, сидя в баре, рассказывать приятелям:″Представляете, я его из себя, а оно от стены отскакивает и обратно мне в мордулетит…″. ″Тошные″ истории рассказывали даже те туристы с кем подобного казусане случилось. Кранов вел себя как заядлый мазохист: ему было больно смотреть наразвлечения туристов, но он ежедневно большую часть времени проводил вокружении праздных толп. Бывший Верховный координатор надеялся понять. Стоилоли рисковать жизнью Натальи ради того, что бы превратить Марс в подобное место.Выходило, что не стоило. От этого становилось еще больнее. Однажды Крановподелился своими мыслями с зашедшим навестить соратником – Джеком Лести.Огромный, ранопоседевший негр, проживший непростую жизнь, в ходе которой емудовелось побывать ученым, солдатом, наемным убийцей и, наконец, функционером«Альматеи», секретарем, референтом и телохраном двух подряд ВерховныхКоординаторов, Джек Лести не любил лишних слов. Он открыл шкаф и махнул рукойна немногочисленные личные вещи Кранова: 

- Собирайся!

- Куда?

- В Армстронгтаун. Через месяц уходит первый марсианскийрейсовый челнок. Это он так называется – челнок. На самом деле махина больше«Гагарина». Ты пока проходи подготовку по сокращенной программе, а я - к Билли.Не волнуйся, я его уговорю.

"Билли – это Уильям Лайнхоуз, новыйкоординатор." – понял Кранов, наконец, до него дошло:

- Ты хочешь, что бы я летел на Марс? С ума сошел? Чтомне там делать?

- Найдешь что. Главное, что тебе здесь делать нечего.От этого ты и смотришь не в ту сторону.

- Что?

- Ты видишь одних бездельников, а в Селена-сити полнолюдей занятых делом. Ученые проводят астрономические и лунно-геологическиеисследования, бизнесмены вкладывают деньги не только в организацию публичныхдомов, рабочие в шахтах вкалывают не только ради денег, но и ради того, что быпочувствовать себя сопричастными к великому делу создания космическогочеловечества, хотя большинство из них никогда бы в жизни не произнесли такихслов. И даже некоторые из туристов, летят сюда не трахаться и рыгать, а простопотому, что их тянет в космос, как раньше тянуло тебя! – Джек замолк, Крановтоже молчал. Ему не хотелось никуда лететь. Тоска, лень и апатия наполняли душуАлексея и даже ежедневный поход в бар требовал немалых моральных усилий.

- Я все понял, осмотрюсь вокруг внимательнее и поищусебе работу… - прервал тишину Кранов. Джек перебил бывшего начальника:

- Работа, тебе нужна в твоих масштабах. А это там, наМарсе.

- Слушай, ты меня не с кем не перепутал? Мне уже засемьдесят, я старик.

- Как же, старик. Смотрел я результаты обследования,что ты на прошлой неделе проходил. Сразу вспомнились статьи в бульварныхгазетах, про то, что ты на самом деле биоробот, подосланный инопланетянами. Тыне стареешь. Зависть берет. Болячек и возрастных изменений у тебя меньше, чем уменя в мои сорок. Сердце как часы…

- Почему же оно болит каждый день?

- Да потому что большая его часть зарыта на Марсе! –рявкнул Лести и добавил тише: - Тебе надо туда.

Лести действительно смог устроить Кранову место на  челноке. Теоретически челнок был достаточнобезопасным и комфортным для людей, не обладающих здоровьем космонавтов. Лестисумел убедить Верховного Координатора в необходимости практической проверки. Сэтой целью в число тридцати пассажиров вошли старик (Кранов), астрофизик сдиабетом и четырнадцатилетний мальчик, родители которого жили в одной из марсианскихколоний. На Марсе Кранов действительно почувствовал себя иначе. Апатия ихроническая усталость исчезли без следа. Несколько дней он был почетным гостемколонии. Потом заметил некоторую организационную неразбериху при разгрузкечелнока. Пошел с советом к координатору колонии Адаму Займельсу, тотприслушался к советам. Затем предложил должность консультанта. Потом ГлавныйКоординатор Марса вышел в отставку в связи с резко ухудшившимся здоровьем иЗаймельс занял его место, а Кранов – место Займельса. Работы было много.Марсианские колонии стремительно развивались. Помимо челнока между Земной иМарсианской орбитами теперь постоянно курсировали еще два грузо-пассажирскихлайнера, каждый из которых  мог перевезтиза раз до двухсот пассажиров. Большинство из этих людей оставались на Марсе. Ксчастью биологические станции, идея создания которых принадлежала покойнойНаталии Крановой, могли обеспечить и большее количество людей воздухом и пищейв виде водорослей и клонированного мяса. Не хватало рабочих рук длястроительства новых помещений. Многие из людей, прибывших на другую планету длянаучных исследований, вынуждены были стать рабочими. К тому же"марсиане" начали активно размножаться. Почти в каждой семье было понесколько детей. Наличие детей требовало особой социальной инфраструктуры. Чтодобавляло головной боли координаторам колоний, каждая из которых давнопревратилась в многотысячный город. В трудах незаметно пролетело несколькодесятков лет. И лишь когда пришел сотый юбилей, Кранов впервые заметил страннуювещь: никого не удивляло, что столетний старик живет и активно работает. Всевоспринимали это как само собой разумеющееся.

К тому времени, когда в колонии  начали бесследно исчезать люди, Кранову былосто шестнадцать  лет. Все считали, что он– сын ТОГО Кранова. И даже врачи на медкомиссиях не замечали поразительныйцифры в графе возраст. Кранов к этому привык, у него было слишком мало временичто бы тратить его на исследования феномена собственной живучести. Что-то, наверное,интуиция развивавшаяся больше  века,подсказывало - этим невозможно поделиться с другими, время, потраченное  на обследование пропадет зря. Та же интуиция говорила,что осталось недолго. Кранов не боялся смерти, но он боялся не успеть сделатьчто-то для города, в который вкладывал душу почти треть своей длинной жизни.Иногда Кранов задумывался, не предал ли он мечту о звездах, осев на Марсе,который уже не был передним форпостом человечества на пути к ним. Базы, гдесотни ученых бились над проблемой межзвездных перелетов, находились на внешнихпланетах солнечной системы. Возможно, там тоже нужны толковые координаторы, нозаставить себя улететь от могилы жены Кранов не мог.

В Марсианских колониях никогда не было особой нужды вполиции. Люди, прилетевшие на другую планету, не были склонны совершатьпреступления. Для этого у них был слишком высокий уровень саморазвития.Немногочисленные конфликты урегулировывали координаторы административнымиметодами.  От местной фауны защищаливооруженные отряды под командованием командоров и следопыты. Именно их Кранов ипривлек для розыска пропавших. Было опасение, что причиной исчезновенийявляется ранее неизвестный скрытный хищник. Вскоре обнаружилась странность.Почти все пропавшие самостоятельно покинули основной купол, причем многие подзаведомо ложным поводом. Расследование зашло в тупик. Похоже, дело было не вхищниках. Мелькнула мысль, что в колонии завелся маньяк-убийца, каких любилипоказывать в художественных фильмах времен молодости Кранова. Правда, тогдаполучалось, что жертвы сами стремились в лапы местному Потрошителю. Кранов раздумывал,не выписать ли с Земли специалиста-детектива, когда ему сообщили, что следопытЩепкин проследил за девушкой, которая странно себя вела в шлюзовой камере.Следопыт обнаружил, что она направлялась в здание склада, не нанесенного накарты и отсутствующего даже на спутниковых фотографиях этого места.  В здании уже находилось несколько людей, судяпо припаркованным пескокатам. Координатор решил во всем разобраться на месте.Почему-то мысль об опасности подобного мероприятия не пришла в голову. Казалось,что старого Лести и командора Ланового вполне будет достаточно в случае, еслипроблемы придется решать силовыми путями. Теперь Кранов не сомневался, что этабредовая мысль пришла в его голову не случайно. Он умирал не просто так, а почьему-то сценарию и скорее всего режиссер захочет с ним побеседовать. Крановприподнял голову, тело отозвалось болью, похоже, действие обезболивающихзаканчивалось. Превозмогая боль и слабость, раненый пополз к намеченной цели.Ему следовало подготовиться к беседе. 

-Координатор Кранов, как вы себя чувствуете? – голоспоказался знакомым. И Кранов огромным усилием воли заставил себя приподнятьвеки. Незаметное в обычном состоянии движение отозвалось взрывом боли во всемтеле. Когда удалось сфокусировать взгляд, он увидел склонившегося АдамаЗаймельса, Главного Координатора Марса.

-А, так это ты здесь все устроил. – прошептал раненый.

-Я. – в простом односложном слове звучало торжество.  

-Это ты убиваешь детей.

-Они сами. Это их выбор, их Абсолютная Свобода. Впрочем,сейчас не до того, с тобой хотят говорить.

Он отошел куда-то в тень, где слабое аварийноеосвещение склада оставило непроницаемое пятно тьмы. Кранов остался на месте, нов то же время он будто приблизился к черному алтарю. Убитая Щепкиным девушка-жертвасидела на алтаре в позе лотоса. Все в ее внешности говорило, что она мертвая.Но, когда Алексей вгляделся в лицо сидящей на алтаре, бледные до синевы векидрогнули, и на Кранова уставились обсидианово-черные глаза без белков. Губызашевелились и густой мужской голос наполнил пустоту помещения.

-Я выполнил свою часть сделки. Вчера некая Ирена Хузтозприбыла в Селена-сити. Она - проститутка, таких на Луне много. Эта – особенная.В тот момент, когда она получила вид на жительство, число людей постоянноживущих за пределами земной атмосферы стало пять процентов плюс один человек отобщего числа живых людей в Солнечной системе. Я не обманул тебя, не сталумешать общего числа популяции, не использовал другие лазейки. Ты – мой. – вголосе не было никаких эмоций, спокойная констатация фактов.

- Ты все испоганил. Превратил мою мечту о лунныхпоселениях в бордель! – с трудом прохрипел Кранов.

- Извини, но о том, чем будут заниматься люди на Луне,уговора не было. Или ты думал построить моими руками Царствие Небесное? – забесстрастностью теперь явно звучала ирония.

- Это ты убил Наталью!

- Нет, ты. Я даю силу только в обмен на жертву. ВспомниЛуну. Вероятность, что вы успеете закончить первый купол, была крайне низкая.Кровь жертв изменила ее. Ты, ты был моим жрецом. Хоть задумывалжертвоприношение я, а исполнял слепой случай, но именно твое присутствиепозволяло менять вероятности, как было мне угодно.

- Меня не было на Марсе, когда…

- Но твоя воля послала ее сюда.

- Нет, она сама. Мы – свободны.

- Нет, вы рабы. Рабы убеждений, привязанностей, морали,эмоций. Я освобождаю от всего этого. У моих последователей нет ничего этого. Ядаю свободу.

- Остается лишь эгоизм, - трудное слово оцарапалоглотку как наждаком и взорвалось новым приступом боли во всем теле.

- Это и есть свобода. Следовать своему эгоизму – вот путь свободы.

Говорящий труп умолк. Из тени вновь показался главныйкоординатор Марса. Тонкие бескровные губы искривляла улыбка:

- Твоё время прошло, ты собрал стадо, но пасти его будуя. Жезлом железным. Я буду… - торжествующий голос замолк на полуслове. Займельс поспешно отступил обратно в тень.

Кранов ощутил что дикая, всепоглощающая боль, с которойон уже как то свыкся, покидает тело. С удивлением понял, что сможет поднятьсяна ноги. Сначала он аккуратно сел на корточки, затем выпрямился в полный рост.Боли не было, тело ощущало себя молодым и сильным. Кранов заметил, что тенисгустились, стали резче, похоже, за спиной появился источник света. Алексейобернулся. В нескольких метрах от него прямо в воздухе висел светящийся шарвеличиной с кулак. Сам не зная зачем, человек протянул к шару руку. И шар будтопрыгнул навстречу. Он мгновенно разросся, заполнив мягким золотистым светом всепомещение склада. У стен свет сгущался, становился более материальным и менее прозрачным,его блистающие полотнища висели в воздухе и непрестанно менялись, жили своейзагадочной жизнью. Кранову вдруг пришло в голову, что именно такое явлениенаблюдали те люди, что первыми придумали украшать храмы золотом. Вот только –разве может тяжелый материальный металл передать всю красоту этой живойсветовой феерии? Можно ли глядя на великолепие внутреннего убранства церкви,представить все это? «Все равно, что пытаться увидеть величие будущего собора,разглядывая план фундамента»,- подумал Кранов и удивился сравнению, невестьоткуда забредшему в голову. Кранов вспомнил о тех, кто остался за спиной.Обернулся. Тьма сгустилась вокруг алтаря. Аспидно-черное пятно тонуло в свете,но не исчезало. Откуда-то из этого пятна, будто издалека,  доносилось злобное бормотанье Займельса.Главный  координатор Марса то ли ругался,то ли читал заклинание. Кранов вдруг шестым чувством ощутил, что к тьме можноповорачиваться спиной, что она сейчас слаба и безопасна. Бывший верховныйкоординатор развернулся к источнику света и увидел среди золотистых полотнищвысокую точеную фигуру, одетую в золотой свет.

- Наталья!

- Здравствуй, любимый. Я пришла за тобой.- сказала онас той обыденной нежностью, с которой когда то звала его в спальню обнаружив,что, заработавшись, он уснул на клавиатуре компьютера. У Кранова комокподкатился к горлу, он не мог ничего сказать, наконец, с губ сорвались слова:

- Разве мне не туда? Он махнул рукой куда-то за плечо.

- Нет, Он простил тебя.

- Но разве я достоин прощения?

- Это решать Ему. Но за тебя просили.

- Кто?

- Тысячи людей, о которых ты даже не знаешь, просили затебя, молясь за успех твоего дела, которое считали правым. Десятки людей,знакомых с тобой лично, представая перед Его ликом,  просили за тебя, узнав, что ты нуждаешься в Егопрощении. За тебя просила твоя мама. За тебя просила я. И за тебя просила она.Наталья сделала шаг в сторону и за ее спиной обнаружилась еще одна женщина вблистающих ризах.

- Таня! Нет, значит это все обман! Ведь ты принадлежишьтьме!

- Разве можно верить отцу лжи?

- Любящая душа не может достаться тьме. Это уделравнодушных. -добавила Наталья.

- Но разве можно простить то, что я сделал с тобой?

- Можно. Я любила тебя, я поняла тебя, я простила тебя,я люблю тебя.

Алексейзакрыл лицо ладонями. Свет проникал между пальцами, но не резал глаза, ауспокаивал. Когда Кранов отнял ладони от лица, около двух женщин стоял еще одинчеловек и золото его риз казалось более тусклым и в то же время болеематериальным. В отличие, от Натальи и Татьяны Тришкин не выглядел нипомолодевшим ни похорошевшим. Седой обрюзгший человек, лишь лицо не такоекрасное, как при жизни. Кранов подумал, что никогда не мог представить своегокомпаньона молодым, наверное, у того всегда была душа старика. 

- Ты сомневаешься, не совершил ли непоправимого, чегонельзя простить?  Да, совершил. Онодобрил твое дело и ты бы достиг успеха и не обращаясь ко злу. Ты обратился ине могло быть тебе прощения. Но твое дело одобрено Им. Я знаю это точно. Ибо вотношении меня Его Милосердие оказалось сильнее Его Справедливости, лишьпотому, что я помогал тебе. И еще ты многое искупил за последние полчаса.

- Пойдем, сынок.

Рядомстояла мама, совсем молодая, улыбающаяся. «Такая же прическа была у нее на моемпразднике первого звонка». – неожиданно вспомнил Алексей. Мама коснулась егоплеча. Кранов не почувствовал прикосновения материально, но ощутил тепло инежность, которые оно содержало. Он сделал первый шаг в сторону точки, изкоторой расходились волны света. Мельком взглянул на стоящих рядом Наталью сОльгой и в голове мелькнула неуместная мысль. Наталья его поняла, она всегдадогадывалась, о чем он думает, по выражению лица. Жена улыбнулась.

- Его царство есть любовь. Там нет плоти и нет местаревности.

- Там все иначе, не так, как раньше …- Татьянасмутилась, не договорила.

«Они говорят одним высоким стилем. Но, наверное, отаких вещах сложно говорить по-другому. Ноиндивидуальные особенности сохранились. Формулировки Натальи напоминают онаучном мышлении, Тришкин прикидывает, что, сколько стоит, Татьяна все так жекосноязычна, а мама так заботлива и нежна.» - улыбаясь своим мыслям, Алексейуходил туда, где нет ничего, кроме света и любви. Позади угасали полотнищасвета и резче проступали тени. Храм тьмы, устроенный в помещении типовогосклада, вновь становился самим собой. Все отчетливей и ближе звучал голос,читающий латинские молитвы задом наперед. Ему внимали лишь искалеченные пулямитрупы. Один из них принадлежал невысокому худому старику с коротким ежикомсовершенно седых волос. Труп сидел, прислонясь к колонне и на морщинистом лицес закрытыми глазами, застыла последняя улыбка. Именно этот труп пнул ногой Займельс, закончив читать молитву.

- Умеешь ты испортить настроение, но я все равнопобедил. Свет решил, что ты святой просто потому, что не было никого болееподходящего. А скоро вообще не будет подходящих для него. Время Света уходит.Марс принадлежит тем, кто поклоняется воплощению силы и абсолютной свободы. И япервый среди них! Я не буду таким слабым как ты. Я не собираюсь скрывать от самогосебя, кто дал мне силу! Глупец, у тебя хватило ума и воли чтобы собрать здесьнемалое стадо скотов, поманив их глупой сказочкой о звездах. Но какиспользовать собранное стадо, тебе даже в голову не пришло. Я буду умнее. Ябуду  стричь этих баранов как мне удобно.Марс - мой! Потому, что я правильно выбрал сторону, на которой играть. Грядет ВеликаяТьма! Время свободы для сильных! Дьявол, этот мир твой, я буду править им оттвоего имени! - Займельс любил говорить вслух такие речи, когда был уверен, чтоего не слышат. В другое время ему приходилось думать над каждым словом. Ведьего секта проповедовала абсолютную свободу от условностей вроде дружбы,верности или жалости. Отношения между братьями по вере были отношениямихищников-одиночек, вынужденных охотится стаей. Достаточно одного неосторожногослова и кто-то решит, что вожак ослаб и можно вырвать из его лап обсидиановыйжезл Темного Патриарха. Займельс был хитер и редко ошибался. Но сегодня у негобыл день ошибок. Он ошибался в сути того что видел. Свет не выбирает подходящих,он выбирает достойных. Он ошибался в том, что тьма победила потому, что борьбасвета и тьмы бесконечна и не может быть у одной из сторон абсолютной победы. Аеще Темный Патриарх ошибался относительно людей, которые пришли на другие планеты, проникшись идеями Кранова. Эти люди не былистадом. Скотам не нужны звезды. Им нужны комфорт и удовольствия. Поменьшеработать и получать побольше, быть в безопастности, трахаться с кем хочется,иметь дом и сверхсовременный автомобиль. Размножаться и потреблять. И ещевидеть, что потомки ничем  не отличаютсяот них самих. Вот чего хотят те из людей, которых  можно назвать стадом. Нет, стаду не нужнызвезды. Еще он ошибался думая, что Кранов провел десять минут, предаваясь воспоминаниям и мучаясьугрызениями совести. "Случайная" пуля не случайно обесточила скафандрКранова. Координаторские скафандры обладают более мощной системой связи.Умирающий координатор потратил последние минуты на то чтобы извлечь батарею изскафандра Щепкина и вставить в свой. Боль мешала ему, но дух оказался сильнееизраненной плоти. Кранов сумел установить связь по своей личной линии сдиспетчерами. Канал был аудиовизуальный. И сейчас два потрясенных парнясмотрели на экран, ещё не зная, что одного из них убьют через несколько днейпосле разоблачения Займельса. А второму диспетчеру предстоит создать ивозглавить Единую Космическую Церковь Света. Ведь не всякому человеку довелосьвоочию, пусть даже на экране, наблюдать восшествие святого на небеса. Займельсбез колебаний сдал всех руководителей секты Абсолютной Свободы. Тьма отступила.Борьба двух главных начал вышла из столетнего пата, во время которого границамежду началами размылась и отличить Добро от Зла было сложно. Отчего возникломнение что Добра и Зла вообще не существует. На переломе веков, между двадцатыми двадцать первым, люди перестали бороться со Злом. Под прикрытием равнодушиятьма почти заполонила Землю. Ведь победить Зло нельзя, но если с ним не бороться,то победит оно. Идеи Кранова встряхнули цивилизацию. Тысячи людей даже незадумываясь о великой борьбе Добра и Зла, или о идеях Кранова, просто жили  и работали. Им не приходило в голову, что ихежедневные дела, поступки, решения могли быть более себялюбивы, эгоистичны.Люди забыли о том, что в начале двадцать первого века эгоизм считался нормой, алюди, думающие обо всем человечестве, казались ненормальными. Для человека начала двадцать второго века сталоестественным задумываться, как его поступки отражаются на всей цивилизации и недопускать поступков, отражающихся плохо. А еще переживать, если эти поступки совсемникак не отражаются. Хотя это вообще редкость - любое действие отдельногочеловека всегда отражается на всем человечестве. Даже в цивилизациипотребления. Если человек всю жизнь тратит на развлечения и поиск дармовыхденег на эти развлечения, то цивилизация становится беднее на одного человека,на одного созидателя и творца. Люди конца двадцать первого столетия поняли.Даже невысказанная вслух идея о том, что каждый человек ценен для человечества,а человечество - высшая ценность для каждого человека, бродила в умах. Этаподспудная идея прорывалась как в великих делах вроде покорения Марса, так и в мелочах,например - в нескольких лишних шагах сделанных в сторону мусорной урны, что быне кидать окурок прямо на тротуар. Вслух эту идею высказывали только философы,но она пропитала собой поступки и мысли самых разных людей. Начиная от ученого,работающего над постройкой межзвездного корабля на Нептуне и заканчиваянеобразованным рабочим, трудящемся на уборке бананов в африканскойсельхозколонии. Нет, люди остались прежними, они думали, прежде всего, о себе.Просто изменилась главная идея. В конце двадцатого века главной идеей, которуюисподволь и явно навязывали средства массовой информации, которую передавалиродители детям, было: потребляй, а то успеешь потребить меньше чем сосед и значит, жизнь твоя прошла зря. Человекдвадцать второго столетия думал иначе. Его эгоистичные мысли тоже былинаправлены на то, что бы не прожить зря. Жизнью прожитой зря, была жизнь, вкоторой абсолютно ничего не было сделано с мыслью обо всем человечестве. Как истарую, эту идею внушили людям средства массовой информации. Старая парадигмавозникала под воздействием рекламы и фильмов из жизни богатых потребителей.Новая идея закралась в массовое сознание, когда массы смотрели выступленияКранова, новости из космоса и фильмы о героических космонавтах, которых подшумок о космосе наснимали великое множество. Люди  смотрели на экран и думали: «А правильно ли яживу? Приносит ли человечеству пользу моя работа?». И бизнесмен, специалист попревращению денег в большие деньги без создания с их помощью  каких-либо материальных ценностей, вдругбросал дело, переводил свои деньги на счет "Альматеи" и до концажизни выращивал водоросли в морехозяйственной колонии. Модный парикмахер изГолливуда бросал своих звездных клиентов и улетал добывать полезные ископаемыев поясе астероидов.

Естественно, Тьме, которая всегда тяготела к эгоизму иравнодушию, пришлось туго в новых условиях.

А значит - не случайно ликовали небеса, когда входил в Светпервый Верховный Координатор Алексей Павлович Кранов, человек, избавившийчеловечество от равнодушия.

Киев13.08.2008

Теги: фантастика
Пожаловаться
Комментариев (4)
Отсортировать по дате Вниз
Брат_Алекс    21.01.2011, 19:43
Оценка:  0
Брат_Алекс
Блин! 30 человек просмотрели - и хоть бы один отзыв! Ну хоть матом обругайте сию писанину,если ничего хорошего в ней не видите!
Теплый_Зверь  (аноним)  21.03.2011, 11:53
Оценка:  0
Не, ну что тут можно коментить... у нас уже есть на БМ один товарищ под ником ralf007 — он нам обещает приход Царя Батюшки, который я думаю, всю эту тему с космическими кораблями разрулит... так что если вы скооперируетесь, у вас есть шанс вместе спасти планету от опасности.
Теплый_Зверь  (аноним)  21.03.2011, 11:54
Оценка:  0
Как там в "Трех мушкетерах" говорил Буанасье:
"Галантерейщик и кардинал спасут францию!";)))
Брат_Алекс    21.03.2011, 12:05
Оценка:  0
Брат_Алекс
"На городі бузина, а в Києві - дядько!" (с)
Реклама