Закрыть
Все сервисы
Главная
Лента заметок
Теги
Группы
Рейтинги

10/04/15 (USSR) (c)

10 апреля´15 5:12 Просмотров: 455 Комментариев: 8
 

Ты куда, глориа мунди!?

Не знаю, как для кого, а для меня 70-е закончились несколько запоздало.

Прохладным, но погожим осенним деньком я пилил дрова и поглядывал в сторону леса, из которого должен был вскоре приехать грузовик с лесорубами. Работал я тогда лесником-сторожем Давыдовского лесничества Воронежской области и в мои обязанности входил и прием бензопил, топоров и прочего инвентаря у закончивших смену лесорубов.

Вскоре я увидел движущийся по синусоиде грузовик, а затем до меня донеслись нестройные пьяные голоса, выводившие "Русское поле". В принципе, я давно уже привык к подобному завершению смены рабочими... потому что они ее с этого и начинали: стакан самогона и поехали на делянку с песней. Потом следовал стакан по приезде на делянку, стакан перед обедом, стакан после обеда... В общем, трезвыми они не возвращались никогда.

Но в тот день они вернулись в полном ужоре. Сначала через борт грузовика полетели топоры, затем бензопилы, а затем не потерявшие сознания лесорубы начали выбрасывать наружу своих менее стойких к самогону коллег. Я наблюдал за происходящим с некоторого расстояния, не испытывая ни малейшего желания приблизиться. Постепенно лесорубы разбрелись, уволакивая за собой бездыханных товарищей. В конце-концов среди живописно разбросанных пил и топоров остался лежать последний лесоруб.

Темнело. Подмораживало. Мне нисколько не улыбалось найти поутру заледеневший труп, поэтому я подошел к нему и пнул ногой в бок. Некоторое время мне не удавалось добиться никакой реакции, но потом пинки возымели действие, и мужик стал рычать и отбиваться. Через некоторое время он даже встал на карачки и побрел домой.

Не удержавшись, я все же спросил его вслед: "Слушай, я вообще человек привычный ко всему, но что-то вы сегодня так ужрались?" На что мужик, не вставая с карачек, повернул ко мне пьяное рыло и удивленно произнес: "А ты что, не знаешь? ЭТОТ сдох." И проследовал дальше.

Я стоял на ноябрьской опушке, покуривая старенькую трубку и думал: "Это же надо ТАК править сверхдержавой 18 лет, чтобы потом люди ТАК обозначали твою кончину".

 

Группа ТРИВА — это фотографы Владимир Воробьев, Владимир Соколаев и Александр Трофимов, работавшие на рубеже 70–80-х годов при Кузнецком металлургическом комбинате (КМК). Впрочем, хроники работы завода среди их снимков — в абсолютном меньшинстве.
   Однажды их выгнали с основного места работы за очернение социалистического образа жизни, им пришлось уничтожить часть архивов, и они стали свободно заниматься фотографией.
   «Праздник Масленицы у шахтеров», Новокузнецк, 1984 год.

 

  «Коридор роддома. Кефир после родов», 1-й клинический роддом, Новокузнецк, Сибирь, 29 июня 1981 года.

«Книжный магазин. Отдел букинистической литературы», Улица Кирова, Новокузнецк, Сибирь. 21 января 1983 года.

«Перекур на газовом баллоне», такая русская забава.

 

 

     

 Прошу меня извинить, начну с очередной истории из своей жизни. Окончив школу, я поступил в институт. Учебный год в нем начинался 1 октября, но нас, первокурсников, собрали 1 сентября, чтобы в полном составе отправить "на картошку". Объясню, почему "на картошку" я написал в кавычках, а для молодых - что это вообще означает. Дело в том, что в СССР ежегодно происходили т. н. "битвы за урожай". Т. е., во вполне мирное время советское правительство и руководство коммунистической партии постоянно решали "боевые задачи" - как собрать и сохранить "выросшее на народных полях, в садах и огородах".

Так как из советских деревень после того, как паспорта стали выдавать колхозникам, сбежало почти все трудоспособное населения, то для сбора урожая туда постоянно посылали практически всех трудоспособных граждан - военных, рабочих заводов и фабрик, служащих государственных учреждений, научных работников из исследовательских и конструкторов и инженеров из проектных институтов, каждый "посланный на село", от солдата срочной службы до академика должен был ежегодно собрать хотя бы несколько ведер картофеля или пару ящиков яблок или помидоров. Выражение "послать на картошку" могло обозначать, кроме сбора картофеля, также "помощь селу" в сортировке огурцов, перелопачивание зерна на элеваторе или даже выгрузку навоза из коровника (сам однажды этим занимался в течении нескольких дней).

Так вот, вернемся к моему первому курсу. Так тогда получилось, что нашу студенческую группу (и еще несколько других) в тот день не погрузили в автобусы, которые развезли студентов по колхозам и совхозам республики, а в полном составе заселили в общежитие (как нам сказали, на "временные" места) и объяснили, что работать мы будем в соседнем подшефном хозяйстве, на поля которого нас будут ежедневно возить прямо от учебного корпуса. Многим ребятам, приехавшим из деревень, возможность пожить в большом городе, не отягченная учебным процессом, даже понравилась. Привезенный вечером с поля студент был предоставлен самому себе до следующего утра - для него была открыта дорога в столичные парки, кинотеатры, а для тех, у кого водились деньги - и в бары и рестораны. Тем же, у кого денег было немного, приходилось тратиться еще и  на кормежку утром и вечером, в отличие от тех, кого вывезли в колхозы - вот там "бесплатно" кормили целый день. Нас, "горожан", обеспечивали только обедом, который на поля привозили прямо из одной из городских столовых.

И тут я прямо подошел к раскрытию темы этой заметки.Не могу сказать, что та пища, которую нам тогда привозили, была несъедобной, опасной для жизни или просто отвратительной - позже мне приходилось пробовать и худшую. Но тогда мне, семнадцатилетнему домашнему мальчику, для которого с момента рождения готовили мама, бабушка, а чаще всего - прабабушка, помнящая еще дореволюционную помещичью кухню, эти "столовские" супы, котлеты и макароны показались ужасными!И я был глубоко удивлён - это было, пожалуй, моё первое послешкольное удивление, удивлен тем, как с этой пищей обращались многие из моих сокурсников. Они с нескрываемым удовольствием поглощали эту серую, непривлекательную и обычно пересоленую стряпню, зачастую посыпая её крупной солью из стоящих рядом солонок, даже еще не попробовав! И с удивлением глядели, как я ковыряюсь ложкой в тарелке: "А ты чего не ешь? Заболел, что ли?"

Когда первое удивление от их действий прошло, я нашел силы спросить у одного из них, нашего комсорга: "А тебе что, вкусно?" - "Конечно, вкусно! Суп и котлеты! В общаге тебе кто такое сварит?" И до меня дошло, что эти ребята, пожалуй, просто не пробовали по-настоящему вкусной, качественной еды! Они радовались столовским щам, потому что в своей прежней жизни никогда не ели ничего лучше этой серой бурды с запахом подгоревшей капусты! Позже, попав к некоторым своим знакомым в дом, я убеждался, что они и дома не могут приготовить ничего более качественного, чем "блюда рядовой советской столовой" - они просто не умеют этого делать! Так вот и с "ностальгией по совку" - люди искренне убеждены, что "в СССР хорошо кормили и у всех была работа", причем они "знают это по собственному опыту"! Может быть, они и не виноваты в том, что за четверть века после краха совка они не поняли, что такое "жить лучше, чем в СССР"? Если столовские суп и котлеты, квартира в панельном муравейнике и плохонький автомобиль после пятнадцати лет очереди и напряженного труда - это их идеал и цель жизни?

 Клим Ворошилов: «Советский народ не только умеет, но и любит воевать
Из статьи в газете «Правда» от 2 ноября 1939 года
   «Мы отбросим к черту всякую игру политических картежников и пойдем своей дорогой, несмотря ни на что. Мы обеспечим безопасность СССР, не глядя ни на что, ломая все и всяческие препятствия на пути к цели».
   ...В течение двух последующих дней в газете «Правда» появляются лозунги: «Проучить зарвавшихся вояк! Горе тем, кто станет на нашем пути! Пора обуздать ничтожную блоху, которая прыгает и кривляется у наших границ! Смести с лица земли финских авантюристов! Наступила пора уничтожить эту гнусную козявку! Со взбесившимися псами не разговаривают, их уничтожают! Финские собаки, науськиваемые своими неуемными хозяевами…»
   30 ноября 1939 года. Бомбардировка Хельсинки

- Про бомбардировку Хельсинки. Министра иностранных дел СССР Молотов говорил, что это были не бомбы, а самолёты сбрасывали корзины с хлебом для финских рабочих ().
  - Вот они, знаменитые гуманитарные конвои...

Мне нравится! Понравилось: 1
Пожаловаться
Комментариев (8)
Отсортировать по дате Вниз
ВарягЪ    10.04.2015, 06:24
Оценка:  +1
ВарягЪ
Я служил в Кемерово, а в Новокузнецк ездил много раз с караулами - наша область. Мрачный город и вонючий. Мы всегда там окна закрывали - смог. Снег через три дня чёрным становился...
Хронометр    10.04.2015, 06:39
Оценка:  0
Хронометр
У нас город индустриальный, металлургия и химия, в смысле экологии было тоже не подарок. Но производство сократилось, что имело свою положительную сторону. Окна можно тоже не закрывать по крайней мере в отдельных района. Проблема сов производства вечно в его отсталости и энергоёмкости.
Фейси    10.04.2015, 11:11
Оценка:  +1
Фейси
У матери на полке стояла книга о вкусной и здоровой пище. Готовить она не умела и не хотела. Все ее подруги тоже сами не умели, откуда взялся миф о русской женщине-хозяйке? Тошнотворная еда даже в ресторане русском говно.
Хронометр    10.04.2015, 13:21
Оценка:  +1
Хронометр
О ленивой халявной Мааццкве легенды уже с незапамятных времён бродють))
Хронометр    10.04.2015, 13:23
Оценка:  +1
Хронометр
Счас без таджиков и подъезд не уберут...)
Фейси    10.04.2015, 14:12
Оценка:  0
Фейси
сказка ложь да в ей намек (с)
Таки бродят по Гейропе легенды о русских женах! (Хужее русской жены токо сифилис)
Однако легенда переживет еще 3 поколения, мда...
Фейси    10.04.2015, 14:15
Оценка:  0
Фейси
Таджиков осталось в маацкве с гулькин хер.
Рюзьким преимущество при трудоустройстве - но бабы не хотят убирать! Зубья на полку но не работать!
Падлы, Гулага на них нет
Хронометр    10.04.2015, 13:35
Оценка:  0
Хронометр
"Все ее подруги тоже сами не умели, откуда взялся миф о русской женщине-хозяйке?"

Кор оче, фейс, это болезнь мегаполисов наверное. В сёлах и фермах может иначе.
Реклама