Закрыть
Все сервисы
Главная
Лента заметок
Теги
Группы
Рейтинги

Портрет леди Доминики (рассказ)

30 мая´07 18:48 Просмотров: 331 Комментариев: 0
1.
Лицо было решительно незнакомым. Никогда прежде мне не встречались такие лица. От каждой его черточки веяло холодом.
Он ни разу не поднял на меня глаза.
Но самым пугающим было то, что отвернуться, или пройти мимо, или, на худой конец, убежать было невозможно. Мы стояли на пустой дороге, а люди, проходя мимо, даже не замечали нас.
Рядом с ним было еще много таких же, как он – холодных и молчаливых, но все они казались его неудачной копией, да еще и уменьшенной в несколько раз.
Мне становилось страшно. Первый раз в жизни. Небо темнело, а мы все стояли друг напротив друга, не шевелясь. Интересно, сколько уже прошло времени?
Может, он уйдет, мелькнула обнадеживающая мысль… Но нет.
-- Послушайте… -- не представляю, как к нему обратиться. – Вы кого-то ждете?
Мой голос показался мне тихим шелестом. Он, естественно, ничего не услышал. Но я опять ошиблась – его взгляд пронзил меня и он произнес:
-- Да. Я ждал, когда ты наконец обратишься ко мне.
-- Разве мы знакомы?
-- Я вижу тебя в первый раз.
Слов для ответа не было. Я перебирала глупые и странные фразы в уме, но ни одна не слетала с губ.
И он снова выручил меня:
-- Можешь не удивляться. Я художник, и реставрирую сейчас один старинный портрет. И ищу девушку, похожую на изображенную на нем. Мне нужны глаза.
-- И что, я на нее похожа?
-- Не во всем, но глаза, глаза…
-- Простите, у меня не так много времени, чтобы позировать вам…
Он молча вытащил из кармана маленькую фотографию. Фотографию портрета. Прекрасного. Века, наверное, 17-го. На нем – барышня лежала в черно-зеленом платье на кресле, распустив волосы. Рыжие, как и у меня. А на месте глаз – стертое белое пятно…
-- Ну что? – спросил он.
Я отдала ему фотографию и кивнула:
-- Пойдем.
И мы шли по пустой дороге, на окраине города, и небо наливалось чернилами ночи. Мы молчали. Мы не знали имен друг друга.
-- Вон мой дом, -- сказал он, указывая на стоящую в отдалении хибарку с разбитыми окнами…
-- Не очень привлекательно. Не похоже на мастерскую.
-- Откажетесь?
-- Она бы не отказалась, -- бросила я взгляд на девушку на фотографии.
А от черт лица моего спутника продолжало веять каким-то мертвенно-бледным холодом и запахом корицы.

2.
Я приходила к Художнику (я его так и называла, потому что он не сказал мне своего имени) каждый вечер. Распускала волосы и смотрела на его лицо. А он стирал все наброски, все эскизы – все казалось ему несовершенным.
-- Не тот взгляд! – вскрикивал он каждый раз, злился и измазывал красками свои волосы.
Иногда, конечно, мы смеялись, разговаривали обо всем на свете и Художник провожал меня до дороги. Но он всегда оставался холодным, серьезным и одиноким.
А однажды… Однажды я пришла к нему, промокшая под дождем, в стоптанных туфлях – а Художник, сжигая свои эскизы, чтобы согреть у огня руки, бросил на меня взгляд, пронзенный запахом корицы и красок, и сказал, что любит меня. Так и сказал:
-- Я люблю тебя, Твоя Светлость леди Доминика.
«Ее Светлость леди Доминика» -- название портрета. Он всегда так меня и называл – Доминикой, а имени моего не знал.
-- Меня или мои глаза?
-- Тебя, Доминика.
И снова – пустота в мыслях: молчу, молчу.
И – как всегда – распускаю волосы. Смотрю на Художника. И опять: «Не тот взгляд!»
Проводил до дороги.
Он не знал, что он мне снился. Что я покупала духи с нотками корицы, чтобы их запах заставлял вспоминать его разваленную хибарку и краски на волосах. Не знал, что… Ничего не знал.
И что я ждала каждого следующего вечера, как ждут… Даже не знаю, чего – раньше я так не ждала.
И я распахивала дверь его дома, и, сияющая, влетала внутрь, а мой шелковый черный плащ развевался за мной.
И снова слышала: «Я люблю тебя, Доминика!» Как весело – быть любимой! Я пьянела ароматом красок, пила сухое вино и выходила с Художником на чердак, где – из окна на крышу – было видно то место на дороге, где мы впервые встретились.
Но взгляд был все еще не тот. А меня это только радовало – тем дольше я буду приходить сюда!
Художник говорил мало. На вопросы отвечал коротко, а сам их не задавал. Но о любви – повторял, повторял, и всегда – одно и то же… То, что я хотела слышать.
Он поцеловал меня у дороги, провожая в один из дождливых вечеров. Его губы на вкус напоминали все ту же корицу, смешанную с красками и еще чем-то медово-сладким… «Я люблю тебя, Доминика», -- бросил он мне вслед и ушел, подставляя дождю лицо.
Я же превратилась в 15-летнюю девчонку – смеясь, бежала по дороге, собирала охапки осенних листьев и, устав, падала на землю и кричала в небо, что влюблена в своего Художника… В ночных кафе пила горький кофе (с корицей, конечно!) и снова – еле доживала до следующего вечера.
И по кругу, по кругу – вечер, поцелуи, ночное небо, прогулки до дороги и кофе на подносах у заспанных официантов…
Художник не спрашивал, люблю ли я его. Но это и так было ясно. И – как предлог для следующей встречи – снова «не тот взгляд».

3.
Но скоро все изменилось. Работа над портретом продвинулась – Художник наконец-то сделал удачные наброски, мои глаза смотрели так, как нужно. Но я даже не думала об этом – с упоением наблюдая за ним. А он – с таким же упоением – улыбаясь, создавал свой шедевр. «То, что нужно», -- повторял он. И, конечно, опуская кисть: «Я люблю тебя, Доминика».
Каждый раз он не хотел, чтобы я уходила. И я – оставалась. Оставалась и растворяла себя в запахе пьяной корицы. А еще – я до сих пор не знала его имени…
Лицо моего Художника по-прежнему было бледным и холодным, как в первую встречу. И одиноким.

Портрет был окончен. Художник улыбался счастливой улыбкой. Проводил до дороги.
Я спросила, прийти ли мне завтра.
-- Зачем?
-- Как?.. Просто прийти к тебе.
-- Я не сказал тебе… Я уезжаю. С этим портретом, на выставку, в город N. Послезавтра.
-- Тем более – завтра я приду попрощаться.

Еле дождалась вечера. Пришла. Он сидел у портрета, с которого смотрела влюбленная леди Доминика.
-- Здравствуй, Художник.
-- Когда я продам портрет, я пришлю тебе твои деньги. Только скажи мне свою фамилию.
-- Я не узнаю тебя. Почему ты не говоришь «Я люблю тебя, Доминика»?
-- Ты же не Доминика. Ты носишь совсем другое имя.
И опять – ответ не слетает с губ.
-- Неужели ты так вжилась в этот образ, что считаешь себя Доминикой?
-- Ты сам называл меня так…
-- А знаешь, почему? И зачем? – он улыбнулся. – Это метод одного старого мастера… Девушка, изображенная на этом портрете, была влюблена в художника, который рисовал ее. И он ее любил. Его письмо к ней нашли вместе с портретом в одном итальянском городе. Видишь этот взгляд? Это не твой взгляд, а Доминики, влюбленной – не в меня, а в своего художника… Это именно тот взгляд, который мы с тобой так долго искали. Когда я писал, я говорил тебе строки из его письма. Чтобы ты чувствовала то, что чувствовала Доминика. И вот результат! – он кивнул на картину и снова счастливо улыбнулся.
Я поняла все, что он сказал. Хотя лучше бы и не понимала.
-- Да, -- ответила я, -- мы сыграли их любовь, и весьма успешно. А что стало с ними потом?
-- Не знаю. Кажется, они вынуждены были расстаться, у них были семьи, и она вскоре умерла от какой-то болезни, а художник больше не написал ни одной картины. Где-то я прочитал все это, а где – не помню.
-- Проводи меня до дороги.
Я не выдала боли в голосе.
Дорога была пуста. Я спросила:
-- А ты будешь еще писать картины?
-- Да, есть одна идея… Портрет, 19-го века, одной поэтессы… После выставки примусь за нее.
-- Последний вопрос. Ты, настоящий – никогда не любил меня, настоящую?
-- Любить? У меня нет сил на это. Любовь требует жертв… А влюбленности остались далеко в прошлом… Нет. Как и ты меня. Да мы же даже имен друг друга не знаем! – Художник тихо засмеялся, а ветер приносил и приносил запах корицы и красок…
Я больше не увижу ни его самого, ни его картин, ни его бедный дом.

Спустя несколько долгих осенних недель я встретила его на той же дороге. Он вглядывался каждому прохожему в лицо, и мне тоже, но не узнал – или не захотел узнать. Наверное, искал глаза или губы, или волосы, или руки – той поэтессы 19-го века. Но я ведь не похожа на нее.

Я – Ее Светлость леди Доминика…


17.05.2007.








Пожаловаться
Комментариев (0)
Реклама
Реклама