Закрыть
Все сервисы
Главная
Лента заметок
Теги
Группы
Рейтинги

Голова в облаках

29 ноября´04 19:37 Просмотров: 203 Комментариев: 0
"Голова в облаках" - это глубокомысленное скольжение по поверхности...

Сам автор находит в своем эпическом проекте сходство с "Доктором Живаго", однако более адекватным кажется сравнение "Головы в облаках" с недавними "Мечтателями".

Удачно балансирующая на грани совершенной дурости мелодрама...

В итоге же образы героев обретают неожиданную глубину, а некоторые сцены становятся вершинами трагической лирики.



Миловидный герой Второй мировой (Таунсенд) рассказывает историю девушки Гильды (Терон), прекрасной бездельницы, наследницы миллионов, этакой франко-американской Ксении Собчак, — с которой у рассказчика была любовь и которую ему выпало счастье наблюдать на трех важных этапах ее ветреного существования.

Сперва это Оксфорд конца 20-х, где героиня удостаивает своего будущего биографа мимолетного траха на бильярдном столе, память об этом случае рассказчик проносит в сердце сквозь года. Затем — Париж середины 30-х, где героиня берет рассказчика на содержание, поит шампанским и купает в ванной вместе с собой, а он вместо «спасибо» швыряет ей обвинение в бездуховности, препошло надвигает шляпу на глаза и уходит погибать в интербригады. И наконец, финальный акт — в оккупированном немцами Париже 40-х, куда рассказчик, теперь сотрудник британской разведки, десантируется с парашютом обучать бойцов Сопротивления тонкостям диверсионной войны (в их числе — искусной маскировке противотанковых фугасов под коровье дерьмо) — и вновь встречает свою возлюбленную. Она теперь красит губы бордовой помадой и сожительствует с печальным неглупым фашистом (Кретчманн), который тоже, к слову, закончил Оксфорд, а теперь вынужден носить сапоги, мучить партизанок и платить за неискреннюю любовь нейлоновыми чулками.

Удачно балансирующая на грани совершенной дурости мелодрама с многочисленными декоративными элементами (как то: санитарные поезда, пылающие танки, Пенелопа Крус в роли политически сознательной хромой лесбиянки-стриптизерши), «Голова» имеет притом под собой довольно светлую мысль, ключ к пониманию которой дает одна из сцен последнего, военно-диверсионного сегмента. Суть сцены в том, что немецкий автоматчик писает с парижской железнодорожной платформы — прямо на затаившегося внизу героя-разведчика, а тот стоически превозмогает унижение: ведь возмутиться — значит, обнаружить себя раньше времени. На этом примере мы с необычайной ясностью видим, как у мужчин даже вполне натуральный героизм имеет свойство оборачиваться совершеннейшим цирком. В то время как иные праздные барышни в своем легкомыслии ведут себя куда честней и последовательней — в итоге одни только их кружевные трусы способствуют краху нацизма и торжеству света в сто раз эффективней, чем вся мужская риторика, броски на амбразуру и спрятанные в дерьме фугасы.
Пожаловаться
Комментариев (0)
Реклама
Реклама