Дневники

- А почему ты мне сказал, что не придёшь? Но всё-таки пришёл…
- Я просто думал, что смогу пройти сквозь щель воспоминаний невидимым…
- А почему ты дверь закрыл на все замки?
- Я не хотел, чтоб ты была за той чертой, что разрушает наши отношения…
- Ты жизнь снаружи называешь пыткой?
- Да… Когда ты в ней, мне кажется, что не вернёшься.
- Я не могу принадлежать одной себе… тебе… я жить люблю…
- Я знаю. Поэтому я больше не приду…
- Тогда уйди. Но сквозь закрытые замки.
- Я их открою. И выпущу тебя. Будь там – на воле – без меня.

Она почернела так же быстро, как и лежащая на столе бижутерия. И причиной обоих случаев была вода. Только бижутерия испортилась от реальной проточной воды. А любовь от воды слов. Странно, но жаль было лишь материальный проигрыш – красивые серьги и ожерелье. Она всегда бережно относилась к вещам, но в тот последний для них день ей было всё равно, что будет с украшениями, которые боялись воды. Ведь главное, что в бассейне были они вдвоём – она и её почерневшая вскоре любовь.

Лера лежала на кровати и сверлила глазами огромный фотоплакат на стене. Вдвоём. Счастливые. Улыбающиеся. А всё-таки у него до безумия наглое выражение лица. А ещё - козлиное. Мерзко. И как за 4 года она этого не заметила? Как можно было просыпаться утром, смотреть на стену с этой рожей, затем поворачиваться к этой же роже , мило улыбаться и говорить : «Доброе утро, милый»? Вот, что значит любить. Да. А ведь предупреждали её… Ну и ладно. Зато впредь она будет прислушиваться….и всё равно поступать по-своему. Такой уж у неё характер… А вот этой морде она уступала всегда. И даже слушалась беспрекословно. А он любил поучать. Подумать только – нифигища в жизни не достиг, сидел на шее у родителей, переехал жить к ней, ещё и попрекал, что она не работает. Противно. Зато был падок на слова. В мире не нашлось бы ни одной вилки нужного размера, чтобы снять всю лапшу. Да что там снять. Ею можно было бы накормить весь трудящий народ и бомжей впридачу. И всё-таки какое до боли противное выражение лица у него на фотографии… А у неё такое безмятежное и счастливое… Дура.

Дневник Лера никогда не вела. Но у неё было нечто другое - она хранила воспоминания иным образом. Где-то там, внутри неё был настоящий могильник. Кладбище для людей, которые её когда-либо обижали, предавали. Она всегда уходила от таких, безповоротно. И они автоматически попадали в гробы в её душе. А в воскрешение из мёртвых Лера никогда не верила. В самом дальнем уголке сердца образовалась маленькая душная комнатка, где находились люди, которые когда-то были дороги. Вход в помещение ограждала огромная дверь с уже ржавым замком. Господи, как же долго она не навещала этих людей, так же долго, как в её жизни не появлялись предатели. И вот ещё один. Всего их ни много ни мало насчиталось ровно 7. Любимое число. Совпадение? Первой туда попала подруга детства. Затем пошло-поехало. В один год их насчиталось 5. Потом ещё один. И теперь этот, морда козлиная. Вот уж чего не ожидала – того не ожидала.

Всё. Хватит. 2 часа ночи. Нужно идти спать или чем-то заняться. Может, покормить Лорда? Да… Лорд… его подарок… Как же она обожает эту собаку и ненавидит в одно и то же время… Ещё одно напоминание о нём. Лера схватила попавшееся под руку зеркальце и с силой запустила его в фотоплакат. Зеркало разлетелось на куски. На носу у когда-то благоверного просматривалась большая вмятина. «Чтоб тебе его переломали в трёх местах»,– с серцем воскликнула Лера и отправилась на кухню "сжигать" совсем "не лишние" каллории.

А утром кто-то начал настойчиво трезвонить на мобильник. С семи часов. "Какой-то падлюке не спится", – подумала сонная Лера и нехотя потянулась за телефоном. В трубке прозвучал взволнованный голос подруги : «Лерка, я знаю, что ты ничего о нём не хочешь слышать…но его вчера сильно избили… В больнице он сейчас… Куча переломов…Нос в трёх местах переломали… Тёма ехать собирается… И я поеду… Может, с нами? Лер… вы же не чужие люди… Ему плохо…» Оля долго ещё говорила в трубку. И много. Но Лерка не слышала её совсем уже. Её нисколько не поразила эта информация. Поразило нечто другое. Просто молнией ударило в голову. «Вы же не чужие. Ему плохо». А кто-нибудь думал о том, как ей было плохо, как она мучалась, сколько всего он ей сделал. Не чужие…. Были… Пока он не нагадил в душу… А теперь приезжай… Оля-Оля… Тёма дороже, чем подруга – это понятно. Ну а этот козёл кто тебе? «Я не приеду» - коротко отчеканила Лера и повесила трубку. Приподнялась. Вспомнилась вчерашняя ночь. Уже n-ная без него.

Лера села на кровати в позу лотоса и уткнулась в фотоплакат. Ровно три вмятины. «Нос в трёх местах переломали» - эхом звучали грустные слова подруги. Поехать к нему? Нет. Она не тронулась с места. Да и вообще, как ни странно, известие её вообще не тронуло. Пронзила лишь одна мысль : всё в этой жизни возвращается бумерангом, а мы сами строим себе жизнь – куда плюнем , туда и полетит. Первый раз в жизни она почувствовала себя жестокой. Потом зевнула и первый раз за последние месяца заснула спокойным сладким сном.

Ядовитая слеза медленно ползла по бледной щеке. Тяжёлая рука рывком остановила её, откинула и бессильно опустилась к грязному полу. Потом пошёл дождь. На пустынной ночной улице. В неспокойной спящей душе.
Гремел гром. Сдувал всё на своём пути ветер. Разрушил он и её жизнь. Её мечты. Такие близкие и вполне реальные. Но в то же время слабые и великоватые для её сущности. Для неё – той, которая всегда верила в маловероятное и не умела что-то изменить. Она проиграла.
Луна, жестокая и лицемерная, не один месяц наблюдала за ней. Она видела всё. Даже то, что не позволено было созерцать. Иногда она давилась от удовлетворения, видя, что та, которая ей так не нравилась, рыдала, уткнувшись в жёсткую подушку. Ночная гарпия громко и дико ухмылялась, заливалась от смеха, казалось, она вот-вот лопнет от счастья, от нечеловеческого благоухания. Она тогда ещё не знала, что скоро ей придётся скучать, скучать до тошноты.
Миллиона мыслей врезались в голову. Переполненную разной дрянью. Доходило до истерии. Какой она была дурой. Перехитрить саму судьбу – дело неблагодарное и самонадеянное. Занять её место – глупое. Всё пришло грубо и безжалостно. Само собой она не была подготовлена. Выхода не было.
Кровь нервно растекалась по венам. Бурлила, набирала скорость, закипала. И резко затормозила. Она посмотрела в маленькое треснутое зеркало. И ничего в нём не увидела. Вернее, никого. А когда-то она была лучшей. Сердце громко стукнуло. Мозг моментально выдал лишь одно слово – «конец». Пальцы судорожно двинулись к подоконнику. Взглянуть на луну – всё, чего ей хотелось. Глаза насмешницы встретились с её глазами всего лишь на пару секунд. А потом она почувствовала блаженство и облегчение. Ей захотелось вернуться. По-настоящему. Не наигранно. Сердце резко закричало. Начало биться быстрее и быстрее. И остановилось. Она сделала свой выбор.
Тёмная луна ехидно улыбалась. Потом это переросло в ужасный душераздирающий хохот. Она была счастлива, как никогда. Теперь она спокойна – той больше нет. И не будет. Разве что… да. Теперь ей до тошноты будет скучно. Но это ведь ненадолго. Сколько ещё таких, как была та. Такое увидеть – того стоило. А завтра – будет завтра. А для кого-то - нет.